ГЛАВНЫЕ НОВОСТИ

Шанхайские уроки российского предпринимателя

Еще совсем недавно для городских трущоб, представлявших собой беспорядочное нагромождение скособочившихся лачуг, существовало общепринятое название – «шанхай». Сейчас термин этот из употребления практически вышел. Может быть потому, что настоящий Шанхай стал крупнейшим городом мира, и порядок, который смогли навести в нем жители, вызывает заслуженное уважение у его гостей.

Одним из таких гостей недавно был генеральный директор ОАО «Атомэнергокомплект» Иван Наливайко. Сегодня мы хотим предложить вам посмотреть на Шанхай его глазами. Правда, жанр путевых заметок не предполагает какого-то стройного сюжета. Это скорее подборка наблюдений. Но они достаточно интересны.

О ситуации на дорогах

Шанхай – самый крупный город мира. Живут в нем почти тридцать миллионов человек. Но там нет пробок. И эту проблему решили за достаточно короткий срок. Решили просто – сделали хорошие, качественные дороги. Там нет светофоров и перекрестков, а развязки идут в 6-7 уровней. И по практически тридцатимиллионному городу машины движутся со скоростью 50-60 километров в час без остановок.

Точно так же решается вопрос с парковками. Они либо многоэтажные, либо подземные. На улице паркуются только спецмашины. И еще есть большие стоянки для автобусов у туристических центров. То есть шанхайцы четко определили, что и где должно быть.

На их опыте понимаешь одно: пока не решишь транспортную проблему в городе, ни о чем другом говорить нет смысла. Мы выезжаем в аэропорт, который находится где-то в пятидесяти километрах от города. Мы точно знаем, что за час туда доберемся. И вот что интересно. В Китае побывало уже немало наших делегаций. Все видят, восхищаются, но что-то до сих пор мешает перенять этот опыт. Представьте себе: Шанхай – это две с половиной Москвы! А пробок нет. Значит, можно сделать, если захотеть. Нужны желание и воля.

О строительстве

В Шанхай я ехал, как в муравейник. Еще бы, почти тридцать миллионов жителей! Я представлял себе картину людских толп и полного хаоса, а приехал в совершенно продуманный и упорядоченный мир. И все это сделано за последнюю четверть века.

Еще покорила масштабность нового строительства. Это не так, как у нас Москва-Сити строится: 5-6 небоскребов, а разговоры о них идут уже несколько лет. Там небоскребы возводятся сотнями. И при этом старый Шанхай никто не трогает. Думаю, они даже не знают такого понятия, как «точечная застройка». Причем там есть кварталы как европейского типа, но начала прошлого столетия, есть и настоящий китайский Шанхай тех же времен, но ухоженный и вычищенный для туристов: с фанзами, чайными домиками, мостиками, лодочками. А рядом – новый ультрасовременный город.

Они когда строят, за две-три ночи огораживают высокой стеной участок в несколько квадратных километров и начинают работу. Причем строят все в комплексе. И через 3-4 месяца город становится больше. Сразу бросается в глаза масштабность, целеустремленность и порядок.

О коррупции

Коррупция, по моим впечатлениям, намного ниже, чем у нас. Во-первых, она жестоко карается, а во-вторых, вокруг коррупционных проявлений создается атмосфера всеобщего осуждения. Я был там восемь дней, и все восемь дней слышал, как обсуждали какого-то заместителя министра, который отдал в аренду участок земли на, видимо, подозрительных условиях. Ну ладно бы провели следствие и отдали под суд. Так ведь нет. Все восемь дней практически на всех каналах обсуждали всенародно, что с ним сделать. Кто-то говорил, что надо чиновника расстрелять. Кто-то призывал простить его на первый раз, тем более что злого умысла не доказали. В итоге показали интервью с этим замминистра, в котором он сказал: «Делайте со мной что угодно, но больше я никому ничего в аренду не сдам».

Конечно, на это можно взглянуть как на препятствия для ведения нормальной хозяйственной деятельности, но, с другой стороны, когда чиновник понимает, что за попытку нажиться за государственный счет его не только привлекут к ответу по закону, но и подвергнут всенародному осуждению, он десять раз подумает, прежде чем протянуть руку за взяткой.

О бизнесе

У нас слово «китайский» – это синоним понятия «некачественный». А на самом деле большинство их товаров отличного качества. Просто нам выгоднее завозить дешевый ширпотреб. Я был на выставке «Автопром Китая. 2013–2020 годы». Они активно разрабатывают вместе с известными западными компаниями новые модели, электромобили. Но что касается недр, самолетостроения, автодорог и т. п. – здесь только госкомпании. Получается, что стратегические позиции в экономике остались за государством. А в части товаров массового потребления бизнесу дана полная свобода. И это, наверное, разумно. Китайский внутренний рынок очень перспективен. Да, они честно говорят, что в стране около 300 миллионов бедных. Но и у них есть трехразовое питание, медицинское обслуживание и крыша над головой.

Они дают возможность бизнесу развиваться. Правда, под контролем государства. Вот, например, те же дороги взялись делать. Там нет, как у нас, островного принципа: регион богаче – дороги лучше. У них эта задача решается в масштабах всего государства.

Собственно, то же самое происходит и в бизнесе. Он действует в рамках, очерченных государством, но в пределах этих границ инициативу предпринимателя никто не сковывает.

Есть у китайцев еще одна важная черта: умеют перенимать чужой опыт. Но это не просто слепое подражание. На основе изучения этого опыта рождаются новые идеи.

О предпринимателях и определенности

Общался я там с бизнесменами российского происхождения. Но живут и ведут свой бизнес они в Китае. Часть из них приехала в Китай, еще представляя советские, а затем и российские госструктуры. Помню, разговаривал я с одним из таких предпринимателей, который сейчас занимается грузовыми перевозками. Он так ответил на вопрос, почему решил остаться. «Я долго думал, как поступить. А потом решил: у нас период перестройки всех механизмов затягивается. И, главное, непонятно, что в результате всего этого процесса получится. Конечной цели нет. Одному кажется – правильно так, а другому – вот так. А тут все более-менее понятно. Есть общая линия».

Мне довелось там беседовать с юристом одной из крупных строительных компаний. Он учился еще в Советском Союзе и, кстати, к этому периоду своей жизни относится очень тепло. Помнит фамилии своих преподавателей, искренне благодарен им за те знания, которые получил у нас. Так вот он тоже говорит о том, что перемены проходят и в России, и в Китае. Но по его словам, подавляющее большинство китайцев понимают, зачем им нужны изменения в политике, экономике и к чему они в итоге должны привести. У нас же, к сожалению, часто получается так, что перемены идут скорее ради самого процесса, и непонятно, где мы в итоге окажемся.

Об истории, современности и внутреннем единстве

У китайцев вся история основана на преемственности. Пусть это будут новые формы, пусть это будет новая техника. Но уважительное отношение к старине, к своей истории (а это видно даже по старому Шанхаю) придает их действиям ясность.

Вот они сделали вывод, что в деятельности Мао Цзедуна было около 30% ошибок. Но 70% своей работы он проделал с пользой для Китая. Значит, в целом его роль в истории была положительной.

У китайцев сильно не бросается в глаза разрыв между бедностью и богатством. Хоть, конечно, есть бедные и богатые. Выставлять свое богатство напоказ считается там дурным тоном. Может, сказывается влияние буддизма?

И еще. У китайцев, по-моему, сильнее ощущается некое общее единство народа, страны. Нет желания обливать грязью свое прошлое. Хоть, понятно, что в их истории всякое бывало. И дело совсем не в пропаганде. Вот мы ехали в центр буддизма и по дороге остановились у рисовых полей. Труд там очень тяжелый. Но люди подходят, улыбаются. И всегда находят какие-то примеры того, что с каждым годом их жизнь становится лучше. Вряд ли это партийных работников загоняют по колено в грязь, чтобы они рассказывали проезжим иностранцам о своем счастье.

У нас тоже у каждого есть своя задача. И мы каждый по-своему пытаемся ее решить. Но в какую-то общественно важную идею наши задачи не объединяются. Мы над этим посмеиваемся, а у китайцев есть некое общее стремление сделать свою страну лучше. И есть у них чувство того, что КНР – действительно народное государство. У них никакой, даже самый богатый, бизнесмен просто не посмеет сказать соотечественнику, что если ты не можешь заработать денег – ты никто. Потому что даже самый последний бедняк – это часть моего народа. Поэтому у них в почете совместные большие мероприятия, которые лишний раз подчеркивают силу китайского единства. В субботу, воскресенье люди выходят в скверы, на площади. С ними занимаются. Поют, танцуют, трюки цирковые показывают. Причем к народу идут лучшие представители, как у нас сказали бы, «творческой интеллигенции». И это их тоже объединяет.

Записал Станислав Козак,
ТПП-Информ

Поделиться в соц. сетях

Оставить Ответ


Switch to mobile version